Песни не пьют, их поют.(с)Светлейшество
"– У Дхарма есть облик! – проскрипел он.
Странно, но вот его голос, хоть и напоминал оригинал, звучал несколько иначе.
– Если я не ошибаюсь, то «дхарм» переводится с шатерского, как «девятнадцать», – насмешливо сказал Мирон. – Это даже не имя, а порядковый номер.
Я уже догадался, что Мирон хочет вывести Дхарма из себя, но пока не понимал, зачем ему это нужно.
– Я личность! – вскричал шатерец.
Хотя не уверен, что стоит называть его шатерцем. Неполноценная личность, не имеющая прошлого и созданная, чтобы выполнять вполне конкретные действия, едва ли может обладать характером или расовой принадлежностью.
– Так и веди себя, как личность, – предложил Мирон. – Не занимайся тупым исполнением заложенной программы, а развивайся.
– Я захватил это тело!
– А толку? – присоединился я к Мирону. – Ты так и будешь лежать связанным, если понадобится, то всю оставшуюся жизнь. Это развитие?
– Это не моя вина!
– А чья?! – взорвался Стил. – Ты занял мое тело! Пленил меня!
– Это моя программа, – неуверенно ответил Дхарм.
– Ты же личность, – напомнил Мирон. – А личность не может существовать без свободы и уж точно не действует по каким-то там программам.
Дхарм стоял и пялился на нас, явно не зная, что сказать. Сильно сомневаюсь, что в его личность закладывали возможность вести философские диспуты.
– Что ты предлагаешь? – наконец спросил Дхарм.
– Попробуй сосуществовать со Стилом, раз уж так сложилось, что вы живете в одном теле. Учись, развивайся. Может, ты и мертворожденный, но теперь-то живешь полноценной жизнью. Точнее, можешь жить, если вы со Стилом договоритесь."
Странно, но вот его голос, хоть и напоминал оригинал, звучал несколько иначе.
– Если я не ошибаюсь, то «дхарм» переводится с шатерского, как «девятнадцать», – насмешливо сказал Мирон. – Это даже не имя, а порядковый номер.
Я уже догадался, что Мирон хочет вывести Дхарма из себя, но пока не понимал, зачем ему это нужно.
– Я личность! – вскричал шатерец.
Хотя не уверен, что стоит называть его шатерцем. Неполноценная личность, не имеющая прошлого и созданная, чтобы выполнять вполне конкретные действия, едва ли может обладать характером или расовой принадлежностью.
– Так и веди себя, как личность, – предложил Мирон. – Не занимайся тупым исполнением заложенной программы, а развивайся.
– Я захватил это тело!
– А толку? – присоединился я к Мирону. – Ты так и будешь лежать связанным, если понадобится, то всю оставшуюся жизнь. Это развитие?
– Это не моя вина!
– А чья?! – взорвался Стил. – Ты занял мое тело! Пленил меня!
– Это моя программа, – неуверенно ответил Дхарм.
– Ты же личность, – напомнил Мирон. – А личность не может существовать без свободы и уж точно не действует по каким-то там программам.
Дхарм стоял и пялился на нас, явно не зная, что сказать. Сильно сомневаюсь, что в его личность закладывали возможность вести философские диспуты.
– Что ты предлагаешь? – наконец спросил Дхарм.
– Попробуй сосуществовать со Стилом, раз уж так сложилось, что вы живете в одном теле. Учись, развивайся. Может, ты и мертворожденный, но теперь-то живешь полноценной жизнью. Точнее, можешь жить, если вы со Стилом договоритесь."